Госрегулирование взыскания долгов вышло на новый уровень: банки и МФО ждут отчёты перед приставами

С 1 сентября 2026 года в России начинает действовать обновлённая версия правил работы с просроченной задолженностью физических лиц (знаменитый 230-ФЗ). Соответствующие поправки были подписаны президентом ещё в феврале, но их суть начинает доходить до участников рынка только сейчас, когда до вступления в силу осталось менее четырёх месяцев.

Главное изменение: теперь не только коллекторские агентства, но и банки с микрофинансовыми организациями обязаны регулярно отчитываться перед Федеральной службой судебных приставов о своих действиях по возврату долгов.

Почему пришлось менять правила

До последнего времени складывалась парадоксальная ситуация. Формально ФССП контролирует всех, кто занимается взысканием с физлиц, — от банков до «чёрных» коллекторов. Но обязанность сдавать отчёты была прописана в законе только для профессиональных коллекторских компаний.

При этом масштаб деятельности банков и МФО в этой сфере колоссальный. Взысканием напрямую занимаются более 350 кредитных организаций и свыше 900 МФО — по сути, каждый второй участник финансового рынка. Количество контактов с должниками у них сопоставимо с коллекторским сектором, а по некоторым позициям превышает его.

И это при том, что, по данным ФССП, половина всех жалоб граждан на неправомерное взыскание приходится именно на микрофинансовые организации. При этом до сих пор регулятор видел лишь «вершину айсберга» — жалобы, — но не имел системной аналитики о том, что происходит в процессе.

Что именно меняется

Законодатели пошли не по пути расширения запретов, а по пути повышения прозрачности. В статью 17¹ 230-ФЗ добавлен новый пункт (5¹), который с 1 сентября обязывает банки и МФО направлять в ФССП отчёты о своей деятельности по возврату просроченных долгов.

Отчётность можно сдавать двумя способами:

• в электронном виде через систему межведомственного взаимодействия;
• на бумаге — как резервный вариант, если цифровая форма пока недоступна.

Как именно должны выглядеть эти отчёты, как часто их сдавать и в какие сроки — будет решать Минюст, но не в одиночку, а по согласованию с Банком России. Это важный момент: закон оставляет регуляторам пространство для манёвра, чтобы подстраивать требования под реальную ситуацию на рынке

Что попадает под контроль

Из пояснительной записки к законопроекту становится понятно, что приставы в первую очередь будут оценивать не финансовые показатели компаний, а их правовую дисциплину при общении с должниками.

В фокусе внимания окажутся такие вещи:

• соблюдение временных рамок — когда, в какое время суток и сколько раз в неделю можно звонить или писать;
• частота взаимодействия — чтобы не превращать напоминания в преследование;
• отсутствие запрещённых методов — никакого психологического давления, оскорблений или угроз;
• статистика жалоб и их характер — как часто и на что именно поступают обращения.

По сути, отчётность превращается в инструмент раннего предупреждения. ФССП сможет видеть проблемные практики ещё до того, как они выльются в массовые жалобы. Это переход от реактивного надзора («пришла жалоба — проверили») к аналитическому.

Дополнительные индикаторы риска

Ещё до того как основной закон вступит в силу, Минюст своим приказом № 230 от 9 сентября 2025 года ввёл чёткие маркеры, при появлении которых приставы имеют право инициировать внеплановую проверку.

Вот эти сигналы опасности:

• Должнику за неделю пришло больше двух сообщений или звонков, содержащих грубую нецензурную брань или оскорбления — при условии, что долг действительно есть.
• Если долга нет (или он уже погашен, или его законность оспаривается), а человеку за неделю всё равно приходят больше двух звонков или сообщений — инициатором которых выступает организация из перечня ФССП.

То есть теперь есть не только общие принципы добросовестного поведения, но и конкретные цифровые пороги, превышение которых автоматически сигнализирует о возможном нарушении

Что это значит для банков и МФО

На первый взгляд формулировки закона выглядят техническими — добавили обязанность отчитываться, и всё. Но за этой внешней простотой стоят вполне реальные последствия.

Отчёты станут основой для проверок. Если данные, предоставленные компанией, разойдутся с реальной картиной (например, по внутренним логам звонков), это почти гарантированно приведёт к внеплановой проверке со всеми вытекающими рисками — вплоть до приостановки деятельности.

Резко возрастает роль внутреннего контроля. Банкам и МФО придётся не просто фиксировать каждый контакт с должником, но и выстроить единую систему документирования — включая разговоры сотрудников колл-центров и действия привлечённых подрядчиков. Словесные договорённости и неписаные инструкции «как можно давить» уходят в прошлое.

Увеличиваются издержки на администрирование. Для крупных банков это может быть заметно, но терпимо. Для микрофинансовых организаций, особенно небольших, расходы на сбор и сдачу отчётности могут стать ощутимой нагрузкой. Не исключено, что это ускорит консолидацию рынка — мелкие игроки либо продадутся крупным, либо уйдут в тень (что уже проблема для регулятора).

Для должников: что меняется по сути

Прямо закон не даёт заёмщикам никаких новых прав. Но косвенно он серьёзно повышает их защищённость.

Раньше кредитор мог действовать в «серой» зоне, пока не поступало конкретной жалобы. Теперь приставы сами получают регулярную статистику. Если отчётность какой-то МФО показывает подозрительно высокую частоту контактов или всплеск жалоб — это будет видно без сигнала от должника.

Кроме того, появляется дополнительный сдерживающий фактор, а именно любые агрессивные или незаконные действия теперь оставляют «цифровой след» в отчётности. И этот след регулярно попадает к приставам.

Но важно понимать, что механизм работает только для официальных кредиторов — тех, кто есть в реестре ФССП. «Чёрные» коллекторы и нелегальные МФО по-прежнему остаются вне этого контроля. Их ловить придётся старыми методами — по жалобам и оперативным мероприятиям.

Действующие запреты: что по-прежнему нельзя

Новый закон не отменяет и не ослабляет существующие ограничения. По-прежнему под абсолютным запретом остаются:

• любая физическая сила или угрозы её применения;
• угрозы убийством или причинением вреда здоровью;
• порча имущества или угрозы такой порчи;
• методы, опасные для жизни и здоровья;
• психологическое давление в любой форме;
• оскорбления, унижение чести и достоинства;
• введение должника в заблуждение (например, запугивание уголовной ответственностью там, где её нет).

Никаких послаблений здесь не предусмотрено.

Резюме

Поправки в 230-ФЗ — это не революция, а поступательное движение к прозрачности. Закон не вводит новых запретов и не меняет баланс интересов кардинально. Но он устраняет давний пробел: раньше банки и МФО были крупнейшими участниками рынка взыскания, но при этом оставались вне системы регулярной отчётности.

С 1 сентября эта асимметрия исчезает. Все, кто занимается возвратом долгов всерьёз и официально, будут видны регулятору в единой системе. Для дисциплинированных компаний это дополнительная нагрузка, но и дополнительная легитимизация. Для тех, кто привык работать на грани фола, — серьёзный сигнал, что пора менять подходы.

Для должников это, скорее, позитивный сдвиг: их защита перестаёт зависеть исключительно от того, хватит ли у них сил и времени написать жалобу.